04:19Пн, 05 декабря 2016
7
6˚C
64.15
68.47

Информационное
агентство «Камчатка»

 

О мифах, вулканах и Севморпути

14 апреля 2014

Тэги:
пегин

Генеральный директор ОАО «Корпорация развития Камчатского края» Николай Пегин / Фото: http://www.eastrussia.ru/

На развитие Камчатского края влияет целый комплекс различных факторов. Причем, как позитивных, так и негативных. И, что тоже важно, влияют людские предубеждения, устойчивые мифы, окружающие Камчатку. Причем, что грустно, во многие из них начинают верить и сами жители края. Хотя, безусловно, сейчас на государственном и региональном уровне очень много делается для того, чтобы регион развивался, а людям в нем жилось комфортно.

Насчет комфорта – сразу вспоминается еще одна пословица. О том, что «дальше не сошлют». Как ни крути, но Камчатка – это для остальной страны не особо приветливый «край света»…

Эта фраза относится скорее не к Камчатке, а к другим территориям Дальнего Востока и Севера. На Камчатку никогда не ссылали – на Камчатку во все времена люди ехали добровольно. Здесь проходили знаменитые Камчатские экспедиции, в свое время давшие толчок к развитию промышленности на Дальнем Востоке. Кстати, именно здесь закладывались основы военно-морских сил России в регионе. Да и богатства Камчатки (рыбные, пушные, лесные) всегда влекли сюда людей. Кого-то навсегда, кого-то (уже при советской власти) по договору на три года, чтобы заработать, но раз попав на Камчатку, человек прирастал к ней душой и оставался надолго, а многие и навсегда. Поэтому не в «ссылку» – это точно. Видите ли, пусть это прозвучит несколько пафосно, но Камчатка для России – то место, где действительно «восходит солнце». И, что еще важнее, она всегда была восточным форпостом, имеющим важное военное и стратегическое значение. Еще во времена Российской империи, когда надо было «столбить территорию» страны, здесь создавались гарнизоны и казацкие остроги, за ними появлялось все остальное, приезжали торговые люди, развивалась промышленность, рыбная отрасль, добыча сырья и так далее. Так и продолжается. Но форпост всегда остается форпостом.

И что же остается людям? Жить вахтовым методом или как на военных сборах?

Нет, конечно. О вахтовом методе сегодня уже никто не говорит – хотя, безусловно, есть проекты в минерально-сырьевом секторе или на время путины, для осуществления которых люди приезжают, работают и потом отправляются обратно. Сказать, что поголовно все население Камчатки ведет «оседлый» образ жизни, тоже нельзя. Однако правительство Камчатского края сегодня делает все возможное, чтобы люди захотели жить именно здесь, создаются условия, чтобы их дети, уезжая учиться в Хабаровск, во Владивосток, в центральную часть России, уже специалистами возвращались на Камчатку, и именно с ней связывали свою дальнейшую жизнь. На сегодня это, пожалуй, одна из главных задач. 

Кстати, после 90-х годов, когда отток населения больше напоминал бегство, численность населения все-таки стабилизировалась. А сейчас можно говорить уже и о ежегодном приросте населения. 

Понятно, что люди сравнивают свой уровень и качество жизни с московским или питерским. И понятно, что такое сопоставление их не всегда радует. Им хочется, чтобы жить на Камчатке стало лучше. Такие настроения – своего рода «топливо», на котором работает правительство края, они подталкивают власть к более активным действиям. При этом очень важно, что жители края понимают, насколько богата их земля. И они, естественно, хотят, чтобы это богатство отражалось непосредственно на их уровне жизни.

Но что имеет шанс измениться в ближайшие годы? Чем в этом смысле могут помочь новые экономические и управленческие институты, созданные на Камчатке (например, ваша корпорация)?

Не только Камчатский край, но и в есь Дальневосточный регион долгое время были обделены вниманием государства. Все фокусировалось на центральных регионах с их политикообразующими городами и политикоформирующими проблемами. То, что государство и президент в последние годы назвали Дальний Восток приоритетом для развития страны, говорит о многом. Новые государственные структуры призваны помочь Дальнему Востоку не просто быть «кладовой» минерально-сырьевых, рыбных или прочих ресурсов, но и дать ему возможность сыграть новую роль в истории страны. Это уникальная территория: она расположена между мировым центром производства товаров массового спроса, которым является Азиатско-Тихоокеанский регион, и центрами потребления этих товаров – европейскими государствами. И одна из важных задач для Дальнего Востока и Камчатки в частности – максимально использовать этот ресурс. Сегодня из экспортера сырья мы можем стать центром глобальных торговых, производственных и транспортных потоков, создающих и определяющих новую геополитическую ситуацию в мире.

Именно для этого создана и наша корпорация, и другие новые структуры, которые облегчают ведение бизнеса и процесс привлечения инвесторов.

Звучит это очень красиво и заманчиво, если бы не один короткий вопрос: как? Какие конкретные шаги должно предпринять федеральное правительство, чтобы все не осталось на уровне лозунгов? Сейчас обсуждается немало конкретных инфраструктурных или инвестиционных проектов – какие из них вы считаете наиболее перспективными?

Скажу, наверное, крамольную фразу. Не нужно цепляться за отдельные проекты и «приоритеты». Прежде всего, надо поменять сознание и психологию – причем в государственном измерении. У государства должна быть целостная и долгосрочная идеология «поворота на Дальний Восток» и его освоения. Если же мы будем говорить только об отдельных коммерческих составляющих, то выхолощенный инвестиционный проект под названием «Развитие Дальнего Востока» прибыли в будущем не даст. Собственно, почти все предшествующие программы развития потому и имели ограниченный успех, что были нацелены на краткосрочные выгоды (выбрать пушного зверя, вывезти руду, лес, рыбу). Поясню, что имеется в виду. Коль скоро мы хотим «поднять» территорию, которая долгое время была недоосвоенной и дотационной, государству придется взять на себя достаточно большие риски и затраты. Например, связанные со строительством инфраструктуры, развитием социальной сферы. Это долгий процесс, и мгновенных доходов такие вложения не дадут. Однако инвестор, просчитывая проект, в первую очередь оценивает возможную прибыль. Значит, государству придется пойти на то, чтобы максимально упростить для инвестора процесс ее получения – налоговыми и прочими льготами, строительством транспортных артерий и всеми возможными способами. Не рассчитывая на то, что отдача будет скорой. Работая исключительно на перспективу.

Камчатка – регион сложный и в климатическом, и в экономическом, и в социальном плане. На какие собственные ресурсы она сможет опираться в роли «точек роста», а на что их точно не хватит и придется ждать помощи центра?

Думаю, надо развеять некоторые мифы – или, точнее, стереотипы, которые касаются и Камчатского края, и Дальнего Востока вообще. Первый – то, что это «очень далеко». Сразу возникает вопрос – от чего? От европейской части России, от стран ЕС мы, и правда, далековато. А что, Австралия, Новая Зеландия, Япония, Корея – «близко»? Тем не менее, эти страны преодолели сложности, сумели превратить «недостатки» – в достоинства, и сегодня демонстрируют рост и стабильность своей экономики. Но рынок, куда мы стремимся и на котором хотим быть конкурентоспособными (о чем говорил и президент в своем послании), – это страны Азиатско-Тихоокеанского региона, а до них с той же Камчатки уже рукой подать. Вот они, наши партнеры и наши инвесторы. Хотя Камчатка, в первую очередь, представляет интерес для инвесторов из Китая, Индии, Кореи, Японии, но мы остаемся привлекательными и для европейского бизнеса, например, итальянцев, французов, чехов.

Второй миф – «у нас холодно». Но такая же погода на Аляске, севере Японии, в Норвегии, в Дании. Это не мешает им развиваться и быть комфортными для проживания.

Миф третий – «у нас территории огромные, да населены мало». Могу привести примеры той же Австралии или Канады: плотность населения там не больше. Более того, современные технологии вполне компенсируют «малолюдье». Да это и традиция региона. Еще в XIX веке на Дальнем Востоке был фантастический и для России, и для мира уровень механизации сельского хозяйства. Мало людей, много земли. Вот и применялись машины. Собственно, для того их и создают.

И четвертый, самый досадный миф – «мы никому не интересны». Вот его надо развенчивать активнее всего. Мы не просто интересны – мы уникальны. И по своему географическому положению, и с точки зрения бизнеса, туризма, культуры. Гигантские запасы природных ресурсов, потрясающие по красоте ландшафты, огромные возможности для лечения десятков заболеваний. И это далеко не все. Впрочем, преодолевать надо все стереотипы сразу, именно это я и называю «идеологией» государства. Для того чтобы решать задачи такого масштаба, создана и наша Корпорация развития Камчатского края в том числе.

А как Вам нравится идея перенести офисы госкорпораций, некоторых министерств и ведомств на Дальний Восток? Это поможет в чем-то поменять идеологию и стиль мышления? У вашей компании ведь тоже один офис в Москве, а другой в Петропавловске. Будет ли лучше, если переселить в ДФО Росрыбловство, Морречпорт, офисы крупных компаний, имеющих стратегический интерес на Дальнем Востоке и так далее?

Я в данном случае воздержусь от адресных комментариев. Мне кажется, это вопрос, более политический, чем экономический. Решение о переводе части офисов на Дальний Восток подтверждает серьезность намерений государства в освоении этой территории. Так что если с точки зрения политики подобные шаги требуются – значит, их надо делать.

И еще мне кажется, что люди, непосредственно готовящие предложения по развитию Дальнего Востока и отвечающие за их реализацию, должны жить Дальним Востоком, или, как минимум, жить на Дальнем Востоке.

На Дальнем Востоке планируется создание территорий опережающего развития (ТОР). Это, с вашей точки зрения экономически оправдано?

Подход, заложенный в основу ТОР, уже не раз опробован в мире при реализации стратегий прорывного характера – в принципе это территория особого социально-экономического развития или особая экономическая зона. Жизнеспособной она будет, если окажется востребованным то предназначение, ради которого они создаются. Об этом говорит и успешный мировой опыт функционирования территорий опережающего развития. В данном случае Камчатский край предложил несколько проектов, в разработке которых принимала участие и Корпорация развития Камчатки, и один из них – это проект Портово-промышленной, транспортно-логистической территории опережающего развития, как опорной части национальной транспортной системы. Прежде всего речь идет о Северном транспортном коридоре и Северном морском пути как его базовой составляющей, а так же всей связанной с ним инфраструктуре, предприятиях, портах и так далее.

Сегодня традиционными маршрутами из Азии и Америки в Европу и обратно через Суэцкий и Панамский каналы за год перевози тся более 900 миллионов тонн грузов. Россия предлагает альтернативные, более экономичные, короткие и безопасные транспортно-логистические решения. Но это должен быть государственный мегапроект, хоть и при участии частных инвесторов. Развитие Северного транспортного коридора и Севморпути как его составляющей части придаст импульс к активизации межрегиональных и международных отношений. От реализации этого проекта можно ожидать кумулятивный эффект: даже если прочие субъекты Федерации не проявят особой активности, их экономика все равно пойдет в рост. Оживет Север страны. Уникальные богатства Арктики смогут естественно ускорить свой путь к потребителю, к центрам переработки. Значит их себестоимость будет ниже, а конкурентоспособность резко возрастет. Свою же роль правительство края и Корпорация развития Камчатки видят в том, чтобы готовить и формировать инженерную инфраструктуру для проекта, искать инвесторов и создавать условия, чтобы инвестиционный и деловой климат в регионе способствовал развитию Камчатки.

И снова – как это будет выглядеть на практике? Вы предлагаете ввести специальный налоговый режим?

Список преференций разрабатывает сейчас Минвостокразвития, вопросы о налогах и льготах скорее к нему. Хотя в рамках своих полномочий губернатором Камчатского края инициированы и уже приняты ряд преференций краевого уровня для инвесторов. Я же хотел бы еще обратить внимание на то, что может сама Камчатка. Так, было выделено несколько наиболее перспективных направлений, которые основаны на наших преимуществах. Это: минерально-сырьевой комплекс; туризм; рыбоводство, прибрежное рыболовство и переработка морепродуктов береговыми предприятиями; энергетика. Эти направления способны обеспечить региону быстрый устойчивый рост, но они же требуют и немалых инвестиций. А например развитие Севморпути раскроет большие транспортно-логистические возможности Авачинской бухты, которая на сегодня является самой высокоширотной незамерзающей бухтой в точке пересечения Северного и Восточного транспортных коридоров.

Какой экономический эффект может дать развитие Севморпути или создание ТОРов?

Вопрос развития ТОР – это стратегия, и не стоит рассматривать возможный эффект в краткосрочной и среднесрочной перспективе. Это создание нового, и следовательно, выход на ощутимый эффект можно рассчитывать только через 5-10 лет. Это конечно не означает того, что этим не надо заниматься. Но надо понимать все риски, связанные с данным фактором, и быть готовыми к возможным последствиям этих рисков.

А что касается эффекта от развития Севморпути – здесь эксперты называют разные цифры. Наиболее близко к нашим прогнозам то, что примерно к 2022 или 2025 году количество перевозок через Северный морской путь может возрасти до 60 млн тонн. Транзитные грузы в этих перевозках могут составлять не более 10-15 млн тонн, но и этого уже будет достаточно, чтобы СМП стал выгодной транспортной артерией мирового значения, а влияние на экономику Камчатки стало значительным. Так что посчитать нетрудно, а вот эффекты могут начать проявляться уже начиная с момента старта реализации этого проекта.

От кого же зависит принятие окончательного решения о развитии СМП?

На сегодня, к сожалению, единого центра принятия таких решений нет. Так, например, в советские времена накануне навигации формировался оперативный штаб, который координировал всю работу СМП. И я надеюсь, что должен наконец-то, появится единый орган, принимающий решения и по развитию Северного транспортного коридора, составляющей частью которого является Севморпуть. Пока что этим занимаются все понемногу – Морская коллегия, Минтранс, Минрегион, Минвостокразвитие, Речморпорт, администрация СМП и так далее.

Если разобщены даже федеральные структуры, как удается взаимодействовать властям регионов? Например, Камчатке и Якутии?

Взаимодействие идет на уровне межрегиональных соглашений и консультаций. Кстати, не только с Якутией, но и с Мурманской областью и Ямало-Ненецким автономным округом, откуда к нам уже приходило в порядке эксперимента одно судно – сухогруз «Инженер Трубин» – и, разгрузившись, проследовало дальше в Китай. На обратном пути, дозагрузив рыбопродукцию в нашем порту, оно снова через Севморпуть проследовало до конечной точки – в порт Сабетта. Надеюсь, что этим межрегиональное сотрудничество не ограничится – мы сейчас в самом начале пути или, вернее, в процессе подготовки начала пути. От государства, регионов и субъектов бизнеса зависит, насколько быстро он будет пройден.

Сколько же денег потребуется в такой проект вложить?

Точно посчитать трудно. Проекта как такового пока нет. По самым приблизительным прогнозам экспертов, в модернизацию и создание новых мощностей на всем протяжении Севморпути потребуются триллионы рублей. Но нужно понимать, что это вложение в будущее России. Ее великое будущее.

Кроме транспортно-логистической, минерально-сырьевой, рыбной – какие еще конкурентоспособные отрасли есть смысл развивать на Камчатке?

В первую очередь – туризм. Камчатка уникальный и прекрасный край. С собственным огромным туристическим потенциалом. К сожалению, совсем немногие пока воочию смогли увидеть всю эту красоту.

Данные экспертов по изучению туристических потоков показывают, что за прошедший год в мире путешествовало более одного миллиарда человек. Это колоссальная цифра. А если учесть, что население стран АТР в совокупности составляет порядка 40% от общего числа жителей Земли, а это около 2,7 миллиарда человек, можете себе представить, какой здесь открывается потенциал для привлечения туристов.

Безусловно, здесь требуются и комплексный подход, и сотрудничество всех дальневосточных регионов. В рамках одного тура гостям можно предложить покататься на горнолыжных лыжах на Камчатке или Сахалине, окунуться в историю освоения Дальнего Востока в Хабаровске, посетить изменивший свой облик Владивосток, побывать в Магадане, где попробовать себя в качестве золотоискателя, познакомиться с национальной культурой Саха (Якутии) и увидеть алмазную кладовую России. И надо создать такой продукт. При этом подчеркивая уникальность и привлекательность каждой территории. Убежден, что туризм для Камчатки и для всего Дальнего Востока просто обязан стать одним из ведущих экономических ресурсов. Пусть не главным, но очень важным. Положительным примером для нас должен служить опыт Исландии, островного государства, имеющего очень большое сходство с Камчаткой. Население этой северной страны льдов – чуть более 320 тысяч человек, а в прошлом году в Исландии побывало почти 650 тысяч туристов, а вот на Камчатке – всего немногим более 20 тысяч. Нам есть к чему стремиться, зная, что нам есть, что показать.

По сути, ваша корпорация работает в полную силу менее года. Чего вам не хватает больше всего – идей, проектов, денег, людей, энергии?

Острее всего нам не хватает времени. У нас на Дальнем Востоке был целый список того, чего бы нам хотелось, но не было возможности сделать. А сейчас такие шансы появились. У нас есть идеи и их нужно воплотить в бизнес-планы, решить целую гроздь проблем с налогами, со скоростью и стоимостью подключения к энергетическим и инженерным сетям, с согласительными процедурами. Все это происходит гораздо медленнее, чем нам хотелось бы. А время не ждет. И инвесторы тоже, конкуренция за инвестиции в мире очень высокая. Мы пытаемся торопить время и наполнять каждый день реальным смыслом. Хочется верить, что мы на правильном пути и у нас все получится. И здесь очень хочется чтобы все понимали, что наша удача, наша история успеха – это и история успеха для всей Камчатки, всего Дальнего Востока, всей России. Это – будет наша общая победа, наше общее завтра.

Источник — http://www.eastrussia.ru/

Предыдущая новость

Технический прогресс украл из профессии вулканолога романтику, — считает начальн...



comments powered by Disqus