04:49Сб, 27 мая 2017
10
56.76
63.67

Информационное
агентство «Камчатка»

Присылайте свои новости +7 914 020-95-46

Автор:

Олеся Сурина

Как работают авиадиспетчеры на Камчатке?

8 июля 2016, 12:03

Почему самолет Ан-124 «Руслан» едва не приземлился на город Елизово? В каких условиях работают незримые помощники пилотов на Камчатке? И как они справляются со стрессом? Обо всем этом читайте в новом материале фотопроекта «Посторонним В».

_I1A8830 главная.jpg

Поездка в командно-диспетчерский пункт (КДП) аэропорта Петропавловска-Камчатского была для меня по-настоящему долгожданной. Около года мы вели переговоры с представителями местного филиала «Камчатаэронавигации», ждали окончания строительства нового здания КДП, потом переезда… И вот, дата съемки назначена. Еще 10 дней ушло на оформление пропусков, и мы, наконец-то, у первого контрольно-пропускного пункта.

_P4B8302.jpg

Здесь пересаживаемся в специальную машину…

_I1A8985.jpg

Проходим еще один пункт досмотра (с интроскопом и металлодетектором) и выезжаем на перрон.

_I1A8962.jpg

Вышку КДП видно издалека.

_P4B8270.jpg

Нам — сюда.

_I1A8957.jpg

Внутрь без специального магнитного пропуска не попадешь.

_P4B8154.jpg

К моему удивлению, в отличие от диспетчеров службы управления производственной деятельностью авиапредприятия, которые работают в здании аэровокзала, сотрудники КДП поднимаются на работу не по лестнице, а на лифте. Правда, до шестого этажа. Еще 15 ступеней приходиться преодолевать пешком. :)

_P4B8247.jpg

Прежде, чем войти внутрь, мы получили инструкции: «Диспетчеров не отвлекать, говорить тихо, на рабочих столах ничего не трогать». Понимающе, киваем и заходим. Мы в святая святых — в командно-диспетчерском пункте главного аэропорта Камчатки.

_P4B8182.jpg

В простонародье, это место называют «вышка» или «башня». Кстати, мы находимся на высоте 7 этажа (это около 20 метров над землей). И вид отсюда — прекрасный!

_I1A8853.jpg

_P4B8197.jpg

_I1A8902.jpg

В новое помещение авиадиспетчеры переехали в мае 2016 года. Думаю, будет справедливо сказать пару слов о прежнем их пристанище.

_I1A8825.jpg

По словам сотрудников «Камчатаэронавигации», старая вышка верой и правдой служила им 41 год. Правда, условия были спартанские. 

Фото: Александр Лицис

Фото: Александр Лицис 

«Прежний командно-диспетчерский пункт был в ведении Минобороны. Новое здание — наше. Здесь мы чувствуем себя полноправными хозяевами, — вполголоса рассказывает мне начальник Петропавловск-Камчатского РЦ ЕС ОрВД Сергей Бутаков. — Здесь — помещения более просторные. Есть системы кондиционирования. Сами видите, удобно, комфортно. Вольготно себя чувствуешь».

_I1A8837.jpg

Достойные условия труда, это, конечно, хорошо. Но самое главное, что упростило работу авиадиспетчеров, — новое оборудование. Если старую технику можно сравнить с «Жигулями» 1990-х годов, то новую — с современным автомобилем, оснащенным бортовым компьютером, — считает диспетчер Андрей Прокопенко.

_P4B8173.jpg

Система стала автоматизированной и закольцованной. Это значит, что любое действие на рабочем столе, к примеру, диспетчера старта тут же отобразиться на мониторе диспетчера районного центра (он управляет движением самолетов в верхнем воздушном пространстве и находится в другом здании. — Ред.).

_P4B8190.jpg

Индикаторы воздушной обстановки (да-да, те самые круглые мониторы с зелеными точками) сменили обычные компьютерные мониторы. «Я успел поработать на древнем оборудовании, — вспоминает Сергей Владимирович. — Но старые круглые мониторы морально устарели. К примеру, на новые мониторы вы смотрите без проблем, с любого угла, а для старых индикаторов нужны были специальные тубусы, чтобы диспетчер при ярком солнечном освещении мог там хоть что-то разглядеть».

_I1A8785.jpg

_I1A8863.jpg

У диспетчеров КДП есть специализация. Но все они управляют воздушным движением в районе аэродрома Петропавловска-Камчатского: обеспечивают пилотов необходимой информацией и выполняют аварийное оповещение.

Здесь, в частности, — рабочее место диспетчера старта. Его зона ответственности — взлетно-посадочная полоса и площадь маневрирования аэродрома при прилете (удаление — 12 километров от торца ВПП) и вылете (до высоты 200 метров). Другими словами, он контролирует взлет и посадку воздушных судов, все передвижения спецавтотранспорта, а также управляет свето-сигнальным оборудованием взлётки.

_P4B8171.jpg

_I1A8788.jpg

Один из самых молодых авиадиспетчеров — Дмитрий Мизин — сегодня обеспечивает безопасность заходов самолетов на посадку и процедуру вылета. Он — диспетчер-стажер на рабочем месте диспетчера круга. Под его контролем воздушное пространство вблизи аэродрома до высоты 7 тысяч 900 метров (260 эшелон).

_I1A8841.jpg

_P4B8166.jpg

Так выглядит рабочее место старшего диспетчера (или руководителя полетов). Он контролирует работу дежурной смены.

_P4B8163.jpg

В данный момент Михаил Олегович Шемякин помогает диспетчеру старта.

_I1A8737.jpg

Бок о бок с гражданскими авиадиспетчерами работают военнослужащие: аэропорт Петропавловска-Камчатского — воздушная гавань совместного базирования гражданских судов и военных самолетов ВКС России. Поэтому свои действия им приходится согласовывать друг с другом.

_I1A8826.jpg

_I1A8881.jpg

Кстати, в соответствии с «Воздушным кодексом России», в некоторых ситуациях у военных самолетов — приоритет.

_I1A8794.jpg

_I1A8743.jpg

Но вернемся к работе дежурной смены КПД. Предлагаю, внимательней рассмотреть оборудование, которым пользуются авиадиспетчеры.

_I1A8910.jpg

Вся плановая информация о прилетах и вылетах отображается на этом мониторе.

_P4B8183.jpg

Индикатор воздушной обстановки.

_I1A8856.jpg

Здесь отображаются все сведения о погоде.

_I1A8786.jpg

Автоматический радиопеленгатор сообщает авиадиспетчерам, где находится самолет, с которым с данный момент ведется радиосвязь (в градусах).

_I1A8888.jpg

«Одна из самых важных панелей управления — КАРС (комплекс аппаратуры речевой связи). Она обеспечивает связь с экипажами воздушных судов, со смежными диспетчерскими пунктами и представителями служб, которые обеспечивают полеты», — рассказывает Сергей Бутаков.

_I1A8835.jpg

_P4B8176.jpg

Номер набирать не надо. Достаточно лишь нажать на сенсорную кнопку.

_P4B8224.jpg

Выносные информационные датчики нужны для того, чтобы диспетчер мог контролировать работу радио-технических средств.

_I1A8778.jpg

_I1A8848.jpg

Пока мы рассматривали аппаратуру, к вылету приготовился самолет ИЛ-76МД.

_I1A8869.jpg

Диспетчер старта Андрей Прокопенко будет вести радиообмен с пилотами, поэтому нас просят отойти в сторону и не шуметь.

_I1A8740.jpg

Поднимая тучи пыли, воздушный лайнер направляется к взлетной полосе.

Корреспондент: Сергей Владимирович, откуда столько пыли?

Сергей Бутаков: Недавно произвели реконструкцию взлетно-посадочной полосы аэродрома. Вокруг неё должен быть определенный газон. На данный момент его высаживают. Но травке же нужно время взойти…

Это не мешает работе воздушных судов?

С.Б.: Есть, конечно, ухудшения по видимости, но безопасность полетов при этом не снижается, так как диспетчеры аэродрома проинструктированы, как действовать в такой ситуации.

_I1A8874.jpg

Взлетает самолет всегда против ветра.

k1.jpg

Диспетчеры внимательно наблюдают за взлетом.

_I1A8833.jpg

По радиосвязи узнаем, что к посадке готовится самолет «Аэрофлота». Сегодня московский рейс запоздал на несколько часов.

_I1A8777.jpg

Почему самолеты, которые летят на Камчатку, прежде чем сесть в аэропорту, делают несколько кругов над Авачинской бухтой?

Сергей Бутаков: Он не кружится, а выполняет схему захода. Это нужно, чтобы экипаж успел перевести воздушное судно в посадочное положение и безопасно произвести посадку. К примеру, если вы летите из Хабаровска, в районе Усть-Большерецка самолет начинает снижать скорость и снижается с высоты 330-го эшелона (это выше 10 километров), чтобы по схеме STAR (Standard terminal arrival route — стандартный маршрут захода. — Ред.) зайти на посадку. Вылетают из аэропорта воздушные суда также по стандартной схеме. Она называется SID (Standart Instrument Departure).

То есть это не связано с выработкой избыточного топлива?

С.Б.: Нет. Если топлива слишком много, самолет выполняет полет в зоне ожидания. Туда же воздушный лайнер направляют, когда взлетно-посадочная полоса по каким-то причинам занята или на ней производятся срочные работы.

_I1A8776.jpg

А вот и «Аэрофлот».

_I1A8892.jpg

k2.jpg

Пока в диспетчерской временное затишье, продолжаем нашу беседу.

_I1A8831.jpg

Сегодня, как мы видим, в КДП исключительно мужская смена. А девушки-диспетчеры у вас есть?

Сергей Бутаков: Есть, но немного. Они у нас пока еще редкость. (Смеется). Но с каждым годом их становится всё больше. К примеру, в диспетчерской районного центра (там контролируют движение самолетов в нижнем и верхнем воздушном пространстве, исключая район аэродрома) сегодня работает девичий коллектив во главе с руководителем полетов.

_I1A8748.jpg

В таком случае, сколько у вас рабочих смен?

Сергей Бутаков: Рабочих смен — пять, в каждой из них по 11-12 человек, включая руководителя полетов и старшего диспетчера. Всего в службе управления полетами у нас 68 человек. Это вместе с диспетчерами, которые работают с маленькими самолетами и вертолетами (типа «Робинсонов», МИ-8 и МИ-2) в воздушном пространстве класса G. То есть эти воздушные суда летают на высотах ниже 2,5 тысяч метров со скоростью не более 450 километров в час. Они могут летать без разрешения на использование воздушного пространства, но имея двухстороннюю радиосвязь со службой управления полетами.

Сколько лет самому опытному диспетчеру, а сколько самому молодому?

С.Б.: Самому опытному диспетчеру в этом году исполнится 64 года, а самые молодые у нас — девушки: им по 22-23 года, и они только закончили вузы и получили допуск к работе.

Где диспетчеры получают образование?

С.Б.: К примеру, обучает Ульяновский институт гражданской авиации имени Бугаева, выпускником которого я являюсь. Еще Санкт-Петербургский государственный университет гражданской авиации, Московский государственный технический университет гражданской авиации…

В 29 лет, к примеру, реально пройти обучение и попасть к вам на работу?

С.Б.: Почему нет? Но сначала надо пройти врачебную летно-экспертную медицинскую комиссию. Там всё очень строго. Отбор как в пилоты. В том числе и психо-физиологический. Ну и, конечно, нужно уточнить требования вузов к абитуриентам, есть ли у них возрастной ценз. А так, насколько я знаю, на базе высшего образования переобучение занимает около двух лет.

Какая у диспетчеров минимальная зарплата на Камчатке и есть ли льготы?

С.Б.: У диспетчеров — достойная зарплата и полный социальный пакет, предусмотренный коллективным договором предприятия. Мужчины имеют право уйти на пенсию в 45 лет, женщины — в 40.

_I1A8823.jpg

У диспетчера должен быть приятный голос?

Сергей Бутаков: Такой параметр при приеме на работу не учитывается. А вот скорость речи — это важно. По федеральным авиационным правилам, скорость речи должна быть не больше ста слов в минуту.

То есть тараторить нельзя?

С.Б.: Именно. Речь должна быть четкая и внятная. Диспетчер должен внушать своим голосом спокойствие пилоту. Если авиадиспетчер будет нервничать на земле, то по голосу ведь летчик это сразу почувствует. И, конечно, если у вас есть дефекты речи, в диспетчеры вас не возьмут. (Улыбается).

Говорят, что диспетчер должен прекрасно владеть английским, это правда?

С.Б.: Да, так как аэропорт Петропавловска-Камчатского является международным и обслуживание воздушного движения обеспечивается по маршрутам открытым для международных полетов, диспетчер должен владеть английским языком, причем не ниже 4 уровня по шкале ИКАО. Но у нас есть диспетчеры, которые владеют и пятым уровнем.

А где они учат язык? Ездят ли на стажировки?

С.Б.: Языковую подготовку диспетчеры проходят на специальных курсах на базе филиала, а также выезжают на стажировки в международный центр в городе Борнмут, Великобритания. Большое внимание отводится самоподготовке.

_I1A8768.jpg

Во сколько начинается рабочий день диспетчера?

Сергей Бутаков: Утренняя смена начинается в 8 часов. До этого авиадиспетчеры, как и летный состав, проходят медицинский контроль. В 8:10 у нас проводится инструктаж, после чего руководитель полетов распределяет сотрудников по рабочим местам. Дневная смена начинается с 13:30 , ночная — с 21 часа. Причем, если диспетчер отработал 7 часов, то перед новой сменой он должен отдохнуть как минимум 14.

_I1A8770.jpg

Работа диспетчера подчинена регламенту. Он предписывает, сколько времени он должен смотреть в монитор, чтобы не уставали глаза?

Сергей Бутаков: Да, есть документы, которые определяют регламент работы диспетчера. После двух часов работы диспетчеру предоставляется 20 минутный перерыв. При высокой интенсивности полетов такая подмена осуществляется через каждый час работы в течение 10 минут. Это регламент.

А регламентировано ли количество походов в туалет, к примеру?

С.Б.: Ну, как вы не отпустите диспетчера в туалет, если ему туда надо? (Смеется). У нас же есть диспетчеры, которые находятся на подмене, еще работают руководители полетов, старшие диспетчеры есть…

А булочку можно жевать, пока общаешься с пилотами?

С.Б.: Нет, конечно. Ведь это влияет на дикцию. (Смеется). Да и вообще, зачем кушать на рабочем месте, если есть специально выделенное для этого помещение? В нашей столовой нет буфетчиц, но всё хорошо оборудовано: можно согреть себе обед или даже что-нибудь приготовить. Есть плита, холодильник, кофе-машина…

_P4B8281.jpg

Если говорить о радиосвязи с пилотами, есть ли какая-то схема разговора? Может, надо какое-то кодовое слово назвать?

Сергей Бутаков: Есть определенные правила осуществления радиосвязи в воздушном пространстве России. Это федеральный документ. Диспетчеры и пилоты, все, кто осуществляет радиосвязь, должны придерживаться этих правил и рамок. Естественно, не без исключений: в некоторых ситуациях можно применять обычную разговорную речь. Но обязательно то, что ты говоришь в эфир, не должно иметь каких-то двойственных понятий. Слова должны быть однозначны, корректны, понятны, что со стороны летчика, что со стороны диспетчера.

_P4B8192.jpg

А можно ли спросить у летчика как дела, или, например, где он провел отпуск?

Сергей Бутаков: Технически можно, а фактически нельзя. Такие вольности в эфире не допускаются.

Сейчас вы занимаетесь административной работой, а когда работали диспетчером, могли узнать пилотов по голосу с первых слов?

С.Б.: Конечно, да!

Любимчики свои были?

С.Б.: У нас не бывает любимчиков. Все экипажи воздушных судов  для нас равны. И неважно, знаю я командира экипажа или не знаю. Мы выполняем свою работу. Обеспечение безопасности — очень серьезный вопрос.

Были ли ситуации, когда вы с пилотами встречались лично? Или это исключено?

С.Б.: Почему же это исключено? У меня очень много друзей из летного состава. Здесь, на Камчатке, и в других авиакомпаниях. Когда-то мы слышались в эфире… Тут нет никаких ограничений, это нормально. Когда мы на работе, мы выполняем работу, а во внерабочее время мы дружим и общаемся как обычные, нормальные люди.

_I1A8760.jpg

Сергей Владимирович, если не секрет, как Вы попали в авиацию?

Сергей Бутаков: Это не случайность. У меня отец летал (сейчас он на пенсии), а я вот решил закончить диспетчерский факультет.

А почему не в пилоты пошли?

С.Б.: Мне кажется, наша работа более интересная, честно говоря. И я не пожалел о своем выборе. Абсолютно! У меня есть друзья-летчики. Слушаю, какие у них бытовые условия, постоянные командировки, разлеты… Они — далеко от семьи. А тут у нас всё в порядке. Пришел, отработал по регламенту и дома находишься. Ни жалею нисколько!

И при авиации всегда! Кстати, летать не боитесь?

С.Б.: Нет, как можно бояться пользоваться самым безопасным видом транспорта?

Вы разделяете мнение статистиков?

С.Б.: Абсолютно. Я в этом уверен.

_I1A8764.jpg

По статистике, работа диспетчеров считается одной из самых стрессовых. Как вы боретесь со стрессом?

Сергей Бутаков: Да, это так. Работу диспетчера можно сравнить с работой хирурга. Это однозначно так, это уже доказано наукой, психологами, а не только статистиками.

Чтобы снять напряжение в течение или после трудного рабочего дня, можно пойти в нашу специальную комнату психологической разгрузки. Здесь можно расслабиться, понаблюдать за рыбками, послушать приятную музыку…

_P4B8272.jpg

Ночная смена во время перерыва может даже поспать. Правда, не больше одного часа.

_P4B8275.jpg

«А вообще основной метод борьбы со стрессом, который накапливается, — это спорт, — считает Сергей Владимирович. — Вы, наверно, слышали, что у нас есть известная на весь Камчатский край и не только команда по волейболу «Камчатаэронавигация». Смена вида деятельности ведь способствует избавлению от стресса. (Улыбается). Так что у нас почти все спортсмены, либо очень хорошие болельщики!»

_P4B8207.jpg

У вас на предприятии много династий?

Сергей Бутаков: Достаточно много. Самые известные династии — Москаленко, Венидюхины и Сотовы. У них и дедушки, и дети, и внуки работают (или работали) в нашем предприятии.

Есть ли у вас ритуал посвящения в диспетчеры?

С.Б.: Особого ритуала нет. Могу сказать лишь, что наши диспетчеры понимают друг друга с полуслова и с полувзгляда. Поэтому человеку, входя с такой дружный и надежный коллектив, надо за время стажировки это понять и действовать таким же образом.

Диспетчеры суеверны?

С.Б.: Нет, но я могу сказать только о себе. А мои коллеги, если у них и есть свои приметы и суеверия, то они вряд ли они об этом кому-то скажут. А то приметы действовать перестанут. (Улыбается).

_I1A8880.jpg

Командно-диспетчерский пункт главного аэропорта Камчатки практически автономен. На случай ЧС, есть резервные источники электропитания и запасные помещения. А если из-за плохой погоды видимость с башни будет затруднена, помогут камеры видеонаблюдения установленные на взлетно-посадочной полосе и перроне.

_I1A8787.jpg

Если по каким-то причинам перестанет работать лифт, к услугам сотрудников авиапредприятия резервная лестница.

_P4B8264.jpg

_P4B8156.jpg

Часто ли на аэродроме происходят внештатные ситуации? И правда ли, что осенью 2015 года на Камчатке на взлетной полосе едва сумели разойтись два самолета?

Сергей Бутаков: Да, к сожалению, была такая ситуация. Один самолет готовился к взлету, а второй без разрешения диспетчера сел на взлетно-посадочную полосу. В данной ситуации экипаж воздушного судна допустил грубейшую ошибку. Почему пилоты приняли такое решение, в двух словах не расскажешь. Тут очень много профессиональных сложностей. Это целый материал расследования, которое проводили специалисты Росавиации. Это из ряда вон выходящее событие, конечно. Огромная редкость. И вероятность таких событий — мизерная.

_P4B8200.jpg

Особенно меня заинтересовала история о том, как огромный самолет «Руслан» (Ан-124) едва не приземлился прямо на жилые дома города Елизово. По счастливой случайности сегодня на дежурстве оказался участник этих реальных событий — диспетчер КДП Андрей Прокопенко.

_I1A8883.jpg

Пока Андрея Витальевича не сменили, есть несколько минут для того, чтобы Вам немного о нём рассказать. Андрей Прокопенко работает авиадиспетчером уже 35 лет. Сам он из Краснодара, но детство провел в городе Заполярный Мурманской области, где служил его отец-военнослужащий. Срочную службу проходил в ВДВ. На Камчатку приехал 16 октября 1981 года после окончания Кировоградского летного штурманского училища. Во время работы в аэропорту облетел почти весь полуостров: был в Тиличиках, Оссоре, Палане, Соболево, в Тигиле и на Курильских островах… Награжден ведомственной наградой «Отличник Аэрофлота». Женат, воспитывает пятерых сыновей.

_I1A8928.jpg

Теперь слово Андрею Витальевичу.

«Это было очень давно. В 1996 году. Осень. Вечер. Темнота. Шел дождь. Самолет «Руслан», груженный мороженой рыбой и икрой, готовился к вылету в Москву. Взлетел. Экипаж докладывает: «Отказала матчасть, потеряли электричество. Мы ничего не видим».

Диспетчер объявляет аварийную посадку. В этот день я тоже был на смене. Сел в машину и приехал в специальное место на аэродроме, где во время тревоги собираются все спецслужбы аэропорта.

Сижу в машине, смотрю в зеркало, но ничего не видно, потому что сзади слепит яркий свет. Выхожу из машины, кричу: «Выключи свет, я ничего не вижу». И тут понимаю, что этот свет — проблесковые огни «Руслана» (они у него яркие, белые, ксеноновые). Причем, самолет находится в районе Лысой сопки у города Елизово. Диспетчера спрашиваю: «Где борт?». Он: «Я его не вижу». Это, наверно, из-за того, что у нас над аэропортом, где стоит локатор, есть такая «воронка»-мертвая зона, там на протяжении 5-6 километров ничего не видно.

Наша спецмашина оборудована радиосвязью, поэтому прямо оттуда выхожу на связь с пилотом, спрашиваю: «Вы что-нибудь видите?» Он: «Вижу дорогу, машины, продолжаю снижаться». По описанию пилота понимаю, что самолет идет прямым курсом на роддом города Елизово и на дома около него. Я говорю: «Прекратить снижение, срочный набор высоты». А представьте себе, машина — 400 тонн. И что значит сказать ему «срочно». Тяжело ему. Ну, потихоньку-потихоньку удалось…

Так как я часто летал на вертолетах, этот район знаю. Говорю экипажу: «Вправо возьмите, правее от сопок и антенн». Потом, уже на земле, люди, которые в этот момент находились на борту самолета, глядя в иллюминаторы, видели людей, которые шли по рынку и даже могли различить, какие у них в руках пакеты… То есть самолет чуть ли не на уровне антенн шел.

К счастью, благодаря умелым действиям диспетчеров, сплоченности, самолет удалось развернуть и посадить. Благополучно. Когда самолет зарулил на стоянку, мы, конечно же, подъехали. Потом ко мне подошел командир экипажа, молча протянул водку «Абсолют» (большая редкость в то время. - Ред.), пожал руку, сказал: «Спасибо!» и пошел. Экипаж был в шоке».

Как мог пилот спутать огни города со взлеткой?

Андрей Прокопенко: Это и есть человеческий фактор. Приборы все отказали. Экипаж говорит: «Вижу полосу, там машины какие-то ездят». А это были не спецмашины и не аэропорт. К счастью, сработали быстро, хорошо, без суеты. Спасли Елизово. Выручили экипаж. (Улыбается). Хорошо, что из машины тогда случайно вышел и увидел проблесковые огни. Если бы продолжал сидеть в машине, неизвестно, что бы произошло.

_P4B8229.jpg

Андрей Витальевич, какими качествами должен обладать человек, чтобы комфортно себя чувствовать в роли диспетчера?

Андрей Прокопенко: Во-первых, дружить с головой. Во-вторых, развиваться и не зацикливаться на чем-то одном. Ведь, по-хорошему, диспетчер должен знать метеорологию, понимать штурманскую работу, особенности самолетовождения, чтобы хоть как-то помочь экипажу справиться с тяжелой ситуацией. Нужно быть смелым и не бояться принимать решения. Ну и владеть английским. Он должен быть вторым родным языком. Без этого никуда.

_I1A8976.jpg

Вместо того, чтобы уйти и заниматься своей журналистской работой, мне очень хотелось сесть где-нибудь в сторонке и просто молча наблюдать за работой авиадиспетчеров, взлетами и посадками самолетов, вертолетов и истребителей… И немного погрустить о том, что выбрала неправильную профессию. Вот именно в местах вроде КДП — настоящая работа: важная, интересная и невероятно ответственная. Диспетчеров нередко называют «невидимыми помощниками пилотов», мне же кажется, что им больше подходит звание «Ангелов-хранителей».

Чтобы вы не впали в уныние вместе со мной, вот Вам на прощанье еще одна реальная история от Андрея  Прокопенко. :)

«Во время одного из моих дежурств на связь вышел иностранный пилот. Он объяснил, что ему нужно срочно сесть на аэродроме Петропавловска-Камчатского. Прибытие его самолета в плане полетов не значилось. А без разрешения в нашем аэропорту приземлиться нельзя: мы же закрытая зона. «Сели» на телефоны, к счастью, добились разрешения на посадку. Самолет сел, зарулил на перрон. Тут мне звонят наши ребята, говорят: «Тебе канистра нужна? Алюминиевая, хорошая. Подъезжай!». Я приезжаю, спрашиваю: «Где взяли?». Оказалось, что когда в баках иностранного воздушного судна кончилось горючее, экипаж доливал топливо из этих канистрочек, которые были на борту, пока и они не опустели. То есть каким-то чудом самолет дотянул до аэропорта. Пилот поблагодарил нас всех, а пустые канистры оставил. Я-то думал, это мы — Кулибины, а тут смотрю и американцы не промах».

_I1A8991.jpg

Текст: Леся Сурина, фото: Матвей Парамошин.

Команда проекта «Посторонним В» благодарит начальника службы организационной и административно-хозяйственной деятельности филиала Ирину Ефимову за помощь в организации съемки.

_P4B8296.jpg

Справка:

Нормативная пропускная способность аэропорта Петропавловска-Камчатского — 16 воздушных судов в час (взлетов и посадок). Летнее расписание — более насыщенное, чем зимнее. К примеру, в июне этого года за обычную рабочую смену диспетчеры отрабатывают по 20-25 взлетов и вылетов (без учета военных самолетов). Минимальное время между взлетами (или посадками) — 1 минута, в зависимости от типов воздушных судов.

В 2015 году в главном аэропорту Камчатки было совершено 7590 взлетов и посадок. В 2016 году максимально число взлетов и посадок за сутки было зафиксировано в мае, их было 78. 

Другие материалы в рамках фотопроекта «Посторонним В» здесь
Предыдущая новость

Сколько весит наковальня? Можно ли жарить шашлык в горне? И почему нужно остерег...



comments powered by Disqus